Линкольн Гамб выглядит в зале суда как человек, который случайно забрел туда из бухгалтерского архива. Он занудно зачитывает параграфы, поправляет очки и абсолютно не понимает, почему присяжные начинают зевать на десятой минуте его речи. В Лас-Вегасе, где даже в суде ждут хлеба и зрелищ, его карьера катится ко дну. Все меняется, когда он ввязывается в авантюру с Шейлой, фокусницей с сомнительным прошлым и страстью к дешевым спецэффектам. Теперь за их общим столом лежат папки с делами о краже цирковых львов или претензиях к казино, а стратегия защиты строится не на кодексах, а на том, как незаметно подбросить улику в карман судье или отвлечь внимание присяжных внезапным появлением кролика. Галстук Линкольна все еще затянут туго, но рядом с ним постоянно что-то взрывается или исчезает в клубах дыма.
Судебные заседания превращаются в какой-то странный балаган, где грань между законом и ловкостью рук стирается окончательно. Шейла диктует свои правила, заставляя чопорного адвоката участвовать в абсурдных перформансах прямо перед свидетелями. Они берутся за самые гиблые и странные случаи, которые приличные юристы обходят стороной. Гамбу приходится мириться с тем, что вместо подготовки к дебатам он разучивает карточные фокусы и ищет общий язык с фриками всех мастей. В этом хаосе анимационного Вегаса никто не понимает, где заканчивается реальное правосудие и начинается хорошо отрепетированный трюк. Линкольн злится, путается в собственных принципах, но продолжает выигрывать процессы, потому что в этом городе честность работает куда хуже, чем правильно поданная иллюзия и вовремя ввернутая циничная шутка.
